Страшная история: разбираемся со своими страхами

Многих ныне запугивает буквально все: санкции, террористы, цены на нефть, курс доллара... А можно ли вообще жительствовать — и не дрожать?Психолог Ольга СОЛОМАТИНА отважилась разобраться с собственными страхами

Страшная история: разбираемся со своими страхами


Фото: Erik Madigan Heck/TrunkArchive.com 

Я артист паниковать. До сердцебиения, спазма в мамоне, до такового состояния, что детвора бегут за бумажным пакетом и, будто в американских кинофильмах, предлагают в него подышать. Я дрожала голода в 1989-м: в том году мы с родителями ездили в Рим, а край завела продуктовые карточки. Возвращения коммунистов — в 1998-м. Войны с Японией — в 2011-м. Как?! Вы тогда не заприметили, будто полемика об островах вернулась в правительственные кабинеты?Ситуация накалялась(вероятно, в моей котелке необычно велико), и лишь землетрясение в Фукусиме, когда японскому правительству стало не до островов, вернуло мне ночной видение.

Конечно, по мелочам я тоже умею пугаться. Звонков из школы, температуры у ребятенков, вожделения пятилетнего ­сына стать милиционером, поездки из Тель-Авива в Иеру­салим коллективным транспортом. Вы не видите, как я была безоблачна, когда устроилась индивидуальная бытие и мы с мужиком научились договариваться!Уф. Я взираю на холостых подруг и кумекаю: какой же это стресс и ужас!Как важнецки, что у меня цветочно-конфетный стадия уже позади. Где же взять нервы на знакомства, а впоследствии дрожать узнавать иного человека, умирать от ужаса, что он не позвонит, или от кошмарной надобности объяснять, зачем ты постановила вяще с ним не встречаться. Тут меня век спасало вранье и увертки. Я, образцово, не расставалась с дядьками, я объявляла о начале целибата длиной в год. В качестве эксперимента, для журналистского материала. Устраивала из свиданий балаган, на каком настолько весело, что уже дудки сил дрожать. Я заприметила: если в критический момент у меня хватает сил пошутить, боязнь исчезает. Правда, временами случались таковские капитальные взаимоотношения, что мы даже, будто, и не улыбнулись дружок дружку ни разу. Тут я попросту сгоняла будто ужаленная. Тоже от трепета. Когда мы безоблачно съехались с боготворимым дядею, я помирала от тревоги. Вдруг в одной квартире мы бойко выдохнемся дружок от дружка?На расстоянии-то все уже как-то выработалось, а вот совместная койка, ванная и кухня виделись мне минным полем. Я бойко организовала себе дверь с надписью «выход» — командировки. И всего спустя годы совместной жизни искушенным путем выяснила, что ни в кровати, ни даже на кухне мин дудки.

Дети не понаслышке знакомы с моей впечатлительностью и используют ее по-своему. Однажды старший вернулся от родителя и рассказал, что вчера велико ахнул мизинец на левой, будто, ноге. К вечерку детка прихрамывал и наступал всего на пятку. Я отхватила боготворимую книжку — справочник фельдшера. Чтиво завлекательнее детективов, выговорю я вам. Не декламировали?Ребенок демонстрировал симптомы перелома или алкая бы трещины. Я выведала, что срастись-то оно может и само, однако, если гипс не наложить вовремя, срастется ложно. Тревожная мама отсрочила решение до утра: «Если с ногой станет аховее, поедем к хирургу», — взговорила я сыну перед сном. Утром была контрольная по испанскому — и надобно ли болтать, что с ногой стало велико аховее. Перекроив расписание, я повезла ребятенка в травмпункт. Мы проложили в очередности два часа, а впоследствии хирург взял в десницы ножку моего сына(43-й размер), хорошенько помял ее своими ручищами(настолько что я зажмурилась от воображаемых страданий ребятенка)и взговорил: «Что это за постановка вы тут разыгрываете, молодой человек?..» Я застыла. Я даже не рассердилась. Я напугалась: что же будет отдаленнее, если детище в свои 12 лет настолько врет, дабы проворонить школу?Это же ужас какой-то!

Ящик Пандоры

Примерно тогда же я и задумалась: а можно ли ­вообще жительствовать и не дрожать?Бывает таковое?И стала декламировать про преодоление трепетов все, что попадалось под десницу. У одной великолепной блогерши я выведала, что жрать таковские «тревожные женщины». Как правило, это внучки и дочки тех, кто пережил войну, голодание, репрессии, переселения и прочие напасти. Несчастья давненько закончились, однако они безмятежно жительствовать не умеют. Они умеют всего ­выживать, и оттого мастерски запугивают себя на гладком месте. Далее вытекал рекомендация перебирать крупу. В прямом резоне: во времена лишений люд едят то, что жрать, и крепкие зернышки от порченых не отделяют. Перебирать крупу бабы могли себе позволить всего в безмятежные, сытые времена. Я взяла гречки и стала в ней ковыряться под любопытными взорами домашних. На втором килограмме трепеты все же взяли апогей. И я продолжила их исследовать.

Страшная история: разбираемся со своими страхамиЯ заприметила: если В КРИТИЧЕСКИЙ МОМЕНТ у меня хватает сил ПОШУТИТЬ, то боязнь исчезает»

Я осмыслила, что тревога гораздо аховее трепета. У трепета жрать объект. Например, я могу опасаться псин и не ходить там, где они ферментируют сворами без хозяев, или взять прибор, какой отпугивает их ультразвуком. У тревоги дудки рыла. Так, моя знакомая на десятом году союза стала вдруг дрожать, что она влопается и кинет благоверного. Мужчины, ради какого можно разбить фамилию, не было, а беспокойство было. Такое беспокойство разыскивает, во что бы ему воплотиться. Когда материализуется — станет воздушнее. Может, впопад, и к важнейшему, что приятельница не вообразила, что это благоверный ее кинет. Страшно даже представить, сколько дохлого внимания при таковом раскладе перепало бы дяде.




Обсудить на форуме

Добавить комментарий
Личный кабинет
Наши партнеры